Гунны появляются в источниках внезапно: еще вчера на границе воевали с одними соседями, а сегодня из степи приходит новая сила, от которой меняется весь расклад. И главный вопрос звучит просто: кто они такие?
Трудность в том, что до нас не дошло надежных письменных свидетельств, созданных самими гуннами, на которые можно опереться. Поэтому мы знаем о них в основном по римским и позднеантичным авторам — а это смесь наблюдений, слухов, пропаганды и страха. К тому же в их описаниях «гунны» нередко служат обобщающим названием для разных степных групп, которые со стороны выглядели похожими.
Что можно утверждать достаточно уверенно?
К концу IV века гунны уже действовали в степном поясе Восточной Европы и резко меняли баланс сил. Их давление запустило цепную реакцию переселений: одни бежали от них, другие искали защиты у Рима, третьи пытались договориться или откупиться. Это была не одна волна миграции, а сдвиг всей региональной системы.
Откуда они пришли?
Существуют разные версии: от общих предположений о центральноазиатских корнях до гипотез о связи гуннов с хунну*, известными по китайским источникам. Но утверждать, что это один и тот же народ, историки обычно не спешат: данных мало, а соблазн выдать гипотезу за факт велик.
*Хунну — древний кочевой племенной союз, с III века до н. э. по II век н. э. обитавший в степях к северу от Китая. Для защиты от их набегов и нападений других степных народов Цинь Шихуаньди начал строительство и объединение укреплений, ставших частью Великой китайской стены.
И, пожалуй, главное: гунны могли быть не единым народом в современном смысле, а политической конфедерацией степи — союзом групп, который держался на силе, мобильности и системе дани.
Читайте также: Аттила: 10 фактов о варваре, который сотрясал мир.
Обложка: Grok/ПутьВоина
