В храме Афины Паллады не было места насилию. Но для Посейдона, владыки морей, писаные законы значили меньше, чем похоть. Он не спрашивал — он взял. А когда пыль осела, на мраморном полу лежала не просто жрица, а сломленная женщина, которую богиня должна была защищать.
Афина не стала наказывать Посейдона. Не стала спорить с равным. Зато могла с легкостью стереть следы случившегося — живое напоминание — живое напоминание о поруганном святилище. И тогда богиня поступила так, как нередко поступают те, у кого есть безграничная власть: не решив проблему, она уничтожила свидетеля.
Прекрасные волосы Медузы извились змеями. Лицо, еще недавно озарявшее храм, стало маской смерти. Богиня не убила жрицу — она сделала нечто страшнее: превратила жертву в чудовище, обрекла на одиночество и устроила так, чтобы любой, кто встретит ее, мечтал лишь об одном — отрубить ей голову.
Персей вошел в миф как герой. Его задачей было принести голову горгоны, и боги щедро снарядили убийцу: крылатые сандалии, шлем-невидимка, серп из адамантия и полированный щит, чтобы смотреть на Медузу, не встречаясь с ней взглядом. Афина не просто прокляла Медузу — она еще и вручила Персею инструмент для ее убийства.
Персей нашел горгон спящими. Один удар — и голова Медузы отделена от тела. Но смерть не освободила ее. Из шеи вырвались на свободу дети Посейдона — крылатый конь Пегас и великан Хрисаор. Однако и после смерти ей не дали покоя: голова не утратила силы, и Персей носил ее как оружие, обращая врагов в камень.
Финал этой истории — глумление над жертвой. В итоге голова Медузы украсила щит Афины. Тот самый щит, который помог убить некогда прекрасную жрицу, которую богиня сама превратила в монстра. Мертвая горгона стала вечным стражем своей мучительницы.
В этом мифе нет победителей. Есть боги, которые не берут ответственность. Есть «герой», выполняющий жестокий заказ. И есть девушка, которую обесчестили, прокляли, убили, а потом сделали пугалом на оружии палача.
Читайте также: Дети Зевса: откуда в мифах берутся полубоги.
Обложка: Grok/ПутьВоина
