В массовом воображении Инквизиция — это подземелья, пытки, костры, тысячи трупов. Католическая церковь якобы истребляла еретиков массово, методично, с садистским удовольствием. Голливуд укрепил этот образ: красные мантии, факелы, молящие о пощаде жертвы.
Реальность намного скучнее. Инквизиция была государственной машиной. Бюрократией. Судебной системой с протоколами, свидетельствами, апелляциями. Да, жестокой. Да, несправедливой. Но не дикой машиной смерти.
Содержимое
Как это работало
Испанская Инквизиция (самая знаменитая) была учреждена в 1478 году королем Фердинандом и королевой Изабеллой. Это не был инструмент папы — это была королевская власть, прикрывавшаяся религией. Цель была политическая: контролировать население, конфисковать имущество еретиков, искоренять любое инакомыслие.
Инквизиция имела суды, судей, следователей. Обвиняемые могли вызывать свидетелей в свою защиту, но имена свидетелей обвинения держали в тайне. Казни проводились публично, но это были расправы от имени государства, а не церкви. Инквизиция передавала осужденных светской власти — королю или местному феодалу — и тот исполнял приговор.
Пытки применялись в качестве стандартного метода получения признания. Это было законодательно закреплено и практиковалось во всех европейских судах того времени.
Числа, которые разрушают легенду
По разным оценкам историков, за триста лет испанской Инквизиции (1478—1834) было казнено от 3 до 5 тысяч человек. Это ужасно. Но это не миллионы.
Для сравнения: только в одном процессе над ведьмами в немецком городе Бамберг (1626—1631 годы) было казнено 900 человек — и это светский суд, не церковный. Охота на ведьм в протестантских странах была намного кровавее, чем Инквизиция в католических.
Большинство дел Инквизиции заканчивались не казнью. Чаще всего — тюремное заключение, конфискация имущества или публичное покаяние. Auto-da-fé — «акт веры» — это была церемония с процессиями и отречениями от ереси. Казни на ней случались редко — единицы человек, а не сотни и тем более не тысячи.
Почему миф сильнее правды
Инквизиция пугала людей не числом жертв, а неопределенностью. Доносчик мог быть кем угодно — давним врагом, соседом, священником или даже членом семьи. Никто не был в безопасности. Атмосфера всеобщей подозрительности оказалась куда страшнее казней.
Протестанты XVI века активно распространяли ужасные истории об Инквизиции — это была пропаганда против католицизма. «Черная легенда» об испанской жестокости создавалась англичанами и французами в политических целях. Легенда прижилась.
XIX век превратил Инквизицию в символ темной эпохи Средневековья, религиозного фанатизма, невежества. Писатели и историки добавляли детали, которых не было. Число жертв раздувалось.
Что это все значит
Инквизиция была жестока, потому что таким было время. Она была несправедлива, потому что суды были несправедливы. Она карала еретиков, потому что государство хотело контролировать все сферы жизни, включая религию, и искоренить любое инакомыслие. Церковь и корона объединились для тотального контроля.
Вера стала инструментом власти. Через нее регулировали мораль, экономику, даже науку. Ересь приравнивалась к мятежу против системы.
Но Инквизиция не была той машиной ужаса, которой ее рисует легенда. Она была инструментом власти — организованным, методичным, бюрократичным.
Читайте также: Истребление кошек в средние века: роковая ошибка, усугубившая Черную смерть.
Обложка: Dreamina/ПутьВоина
